Souls on the Banks of the Acheron Adolph Hiremy-Hirschl (1860-1933)
Adolph Hiremy-Hirschl – Souls on the Banks of the Acheron
Editar atribución
Descargar a tamaño completo: 1030×606 px (0,2 Mb)
Pintor: Adolph Hiremy-Hirschl
Navegación del álbum:
Comentarios: 2 Ответы
Адольф Хереми-Хишл (1860-1933) – неизвестный широкой публике художник венгерского происхождения, который писал картины преимущественно на историческую и мифологическую тематику. Многие из его работ были утрачены на сегодняшний день. Те из них, что сохранились, открывают нам загадочный и мистический мир художника. Одна из самых известных картин, дошедших до наших дней – "Души на берегу Ахерона". Сюжет взят из древнегреческой мифологии и опирается на поверье о реке Ахерон или, как её еще называют – река скорби, которая разделяла землю на мир живых и мир мертвых. Картина выполнена в темном и холодном колорите, что подчеркивает атмосферу места, которое предстает нам мрачным, опасным и жутким. Примечательно, что для большего эффекта художник использовал специально окрашенную бумагу и это только усиливает ощущение холода, которое буквально пронизывает при взгляде на данное полотно.
В центр композиции находится Гермес, которого можно сразу же узнать по крылатому головному убору. Луна вокруг его головы создает ореол, наподобие нимба, что говорит о значительности его фигуры. Гермес здесь представлен как проводник, который проводит души из мира живых в мертвых. Его фигура незыблема, а взгляд суров и прям. В нем нет ни тени сострадания, ведь он выполняет свою рутинную работу. Души окружили Гермеса и многие с мольбой взывают к нему, плача и протягивая руки. Некоторые из них уже отчаялись и с ужасом обернулись, завидев вдалеке Харона, который приближается по реке и скоро увезет их в мрачное царство Аида. На лицах этих людей мы видим широкий спектр негативных человеческих эмоций, которые каждый испытывает перед лицом смерти – гнев, скорбь, ужас, отчаяние.
Но подобные чувства разделяют далеко не все. Особняком расположены фигуры маленьких детей. Смерть они принимают как должное, так как не успели вкусить все прелести жизни и привязаться к земному миру. Слишком малое держит их на земле. Рядом с ними мы видим пару с венками на голове, напоминающую двух влюбленных. Во всем их облике читается смирение, ведь наибольшей ценностью для влюбленных является возможность быть вместе, в жизни и смерти.
Художник показывает все многообразие смерти и различное отношение к ней. Для кого-то смерть – избавление, но большинство стремятся отвратить момент истины, теме не менее осознавая, что он все же неизбежен. Смерть забирает всех и упрашивать её бесполезно.
Попал на сайт совершенно случайно! Во-первых, я очень старый, в полном смысле этого слова. Готовил себя к просмотру бокса – не получилось. "Наткнулся" на прекрасного всадника, подумал – Наполеон. Но, по моим представлениям, всадник был довольно высокого роста для Наполеона и слишком красив. Оказалось, всё-таки Наполеон – его рост (по компьютеру 168-169 см). Затем появилось маленькое изображение картины, которой не было в моей памяти (никогда не видел). Увеличил изображение, заинтересовался. Попытка узнать художника (живописца), сюжет картины и пр., привели к написанию данного комментария. Гермеса не признал, слишком аккуратная у него причёска. В сюжете ошибся. То, что все тянутся к стоящему господину, понятно. Но почему? Женщины обнажённые (или чуть прикрытые), тела их очень красивы (видимо, Адольф очень любил женщин, как и все мы). Присутствие детей я не приветствовал. Всегда возмущаюсь, видя эксплуатацию их, в любом виде. Только выйдя на текст русскоязычный, до меня дошло некоторое понимание. По возрасту я близок к теме реки Ахерон. Моё состояние, в настоящий момент, далеко от "мысли" картины, но живописец он, думаю, очень хороший. Тем более, что венгр. Тем более, что даты его жизни 1860 – 1933 (73 года), а мои 1939 – 2016... (77 лет), очень близки. Мысль моя такова: будь у меня дар живописца, все картины были бы полны оптимизма и любви к людям, особенно к детям. Помощь Харона не потребуется. Реку Ахерон не боюсь, плаваю хорошо, лишь бы судороги не схватили ног.
Прошу, не требую, не "увековечивать мою мысль".
С уважением, Дзаэль
No se puede comentar Por qué?
En primer plano, una figura central, imponente por su estatura y vestimenta, se destaca sobre el resto. Porta un báculo o cetro, símbolo de autoridad y guía, y luce una corona o tocado que le confiere un aire de divinidad o poder sobrenatural. Su rostro permanece parcialmente oculto en la sombra, lo que intensifica su aura misteriosa e inescrutable. Las figuras a sus pies se extienden con manos implorantes, buscando consuelo o intervención. Algunas parecen sumergidas en la tristeza, otras muestran signos de desesperación y temor.
La composición es dinámica; las figuras se retuercen y gesticulan, creando una sensación de movimiento y caos controlado. La luz, aunque tenue, ilumina selectivamente ciertos puntos clave: el rostro de la figura central, algunas manos extendidas, y fragmentos de los ropajes, acentuando así la dramatización del momento. El fondo se desvanece en una penumbra densa, insinuando un abismo sin fin que engulle a las almas.
Subyacentemente, la obra parece explorar temas universales como el destino, la redención y la búsqueda de esperanza frente a la adversidad. La figura central podría interpretarse como un guía o juez, encargado de determinar el camino de los difuntos. La multitud representa la fragilidad humana y la inevitabilidad de la muerte, mientras que sus gestos imploran una misericordia que quizás no exista. El uso del desnudo sugiere vulnerabilidad y despojo de las posesiones terrenales. La presencia de flores en algunos ropajes podría simbolizar la belleza efímera de la vida o un anhelo por la pureza perdida. En definitiva, el autor ha creado una escena que invita a la reflexión sobre la condición humana y los misterios del más allá.